Ведущие банкиры Украины, стран СНГ и Кавказа – о кризисе, работе на карантине и поддержке МСБ

- Полезная информация -

За последнее время в СМИ появилось немало интервью топ-менеджеров банков Украины, стран СНГ и Кавказа. Они касались самых разных тем, но, конечно же, почти все журналисты обязательно спрашивали банкиров о текущей макроэкономической ситуации и о том, как она будет развиваться дальше. SME Banking Club выбрал из этих интервью цитаты о кризисе и прогнозы на ближайшее будущее.

Джованни Капаннелли, АБР: «Надеемся на постепенное восстановление экономической активности»

Джованни Капаннелли
Джованни Капаннелли – директор представительства Азиатского банка развития в Казахстане

Директор представительства Азиатского банка развития в Казахстане Джованни Капаннелли в интервью Kapital.kz:

«Несмотря на то, что прогнозируемый для Казахстана в 2020 году экономический рост в 1,8% в недавно опубликованном «Обзоре развития Азии 2020» (ADO) является достаточно оптимистичным, я полагаю, что экономические проблемы, стоящие перед страной, будут решены в ближайшем будущем. Хотя есть много причин для пессимизма, восстановление в форме U с постепенным восстановлением экономической активности – это то, на что мы должны надеяться.

Поскольку в Казахстане представители МСБ преимущественно работают в сфере услуг, в том числе в сфере торговли и ресторанно-гостиничном бизнесе, они в непропорционально большей степени испытывают на себе воздействие введенного чрезвычайного положения и карантинных мер, ограничивающих масштабы социального общения и передвижения людей. Помимо разнообразных политик, применяемых в отношении предпринимательской деятельности в целом, включая отсрочку, снижение и даже отмену выплаты налогов и других видов платежей, правительство ввело в действие программу в размере 1 трлн тенге ($2,36 млрд – ред.) для предоставления льготных кредитов со ставкой 6%, которая направлена на МСБ и осуществляется через коммерческие банки. Как результат, МСБ будет обеспечен большой ликвидностью для финансирования своих бизнес-операций. В настоящее время еще рано говорить, работает ли эта программа или нет. Как водится, самое сложное всегда кроется в деталях. Исходя из того, что банки смогут быстро выплачивать деньги без ущерба для качества кредитов, эффективность этой программы будет зависеть от механизмов ее реализации и выбора целевых областей.

Чтобы обеспечить решение проблем, вызванных пандемией COVID-19, Россия и другие страны СНГ также внедрили программы поддержки МСБ, снизив их платежные обязательства и облегчив доступ к финансированию. По сравнению с Казахстаном Россия в целом приняла более широкий спектр мер, ориентированных на МСБ. Однако, поскольку каждая страна опирается на свою уникальную экономическую систему, трудно сказать, окажется ли Казахстан в более благоприятном положении, приняв меры, аналогичные тем, что были приняты в России или других странах СНГ. Кризис, который мы переживаем в настоящее время, имеет совершенно иную природу, чем те, с которыми мы уже сталкивались на современном этапе. Политикам придется вносить постоянные корректировки, чтобы отрегулировать принимаемые ими меры по мере оценки их влияния на экономическую и социальную системы. Казахстанские власти создали хорошую степень гибкости своих политических мер, и думаю, они смогут внести необходимые коррективы, когда возникнет такая необходимость».

Акоп Андреасян, ACBA-Credit Agricole Bank: «Никто не выиграет, пострадают все»

Акоп Андреасян
Акоп Андреасян – генеральный исполнительный директор ACBA-Credit Agricole Bank

Генеральный исполнительный директор ACBA-Credit Agricole Bank Акоп Андреасян в интервью пресс-службе банка:

«Хотя создавшаяся ситуация полна неопределенностей, однако одно ясно – однажды мы вернемся к нормальной жизни… Все это пройдет, потом мы взглянем на людей, клиентов, а клиенты – на нас; так что это – экзамен на взаимоотношения и нравственные ценности. В создавшейся ситуации никто не выиграет, все пострадают, просто следует разделить ущерб между всеми».

Иван Телегин, ВТБ (Армения): «Ситуацию ухудшает спад трансфертов из-за рубежа»

Иван Телегин
Иван Телегин – председатель директората банка ВТБ (Армения)

Председателя директората Банка ВТБ (Армения) Иван Телегин в интервью пресс-службе банка:

«По своей сути ситуация, в которой находится сейчас весь мир, является и в экономическом плане непростой. Другой вопрос, что сценарии ее развития достаточно сложно просчитать, поскольку она вызвана не конкретными экономическими событиями или изменениями, а масштабным распространением вируса, развитие которого сложно спрогнозировать. Фактически нынешняя ситуация влияет почти на все отрасли экономики с приостановкой деятельности таких отраслей как торговля, промышленность, сфера услуг, туризма и строительство, которые являются основными драйверами ВВП любой страны и, в частности, Армении. В случае с Арменией ситуацию ухудшает также спад трансфертов из-за рубежа.

Оптимистичным сценарием является завершение пандемии и, как следствие, плавное снятие карантинных мер в Армении в ближайшее время. Тем не менее, нельзя забывать о возможности новой волны и всплеске вируса, поэтому пессимистичный сценарий предполагает продолжение карантинных мер с рядом ограничений экономической деятельности на более длительные сроки, примерно до конца осени, либо до появления массовой вакцинации. Я более склонен верить в положительное развитие сценария, но время покажет».

Андрей Костин, ВТБ: «Я ожидаю достаточно быстрый «отскок»

Андрей Костин
Андрей Костин – президент — председатель правления банка ВТБ (Россия)

Президент — председатель правления банка ВТБ Андрей Костин в интервью РБК:

«Я прошел кризисы 1998-го, 2008–2009, 2014–2015 годов. Обычно в кризис ты должен быть мобильным, все оперативно решать. Сейчас все усложнилось: хотя я каждый день на рабочем месте, вроде бы есть средства коммуникации, но нет главного — возможности полноценно общаться с клиентами, у которых возникают проблемы. Да, мы быстро создали более 15 тыс. удаленных рабочих мест, и сотрудники, включая ряд моих заместителей, работают из дома. Но я им сочувствую, потому что это крайне сложно — дистанционно заниматься банковским бизнесом, который во многом строится на личном общении.

Но кризис есть кризис. Это для меня всегда возможности, концентрация моих умственных сил, знаний, квалификаций. Я оптимист. Считаю, что мы и болезнь пройдем, и «отскочим» в итоге достаточно быстро. Основная проблема и отличие текущей ситуации от предыдущих в том, что природа нынешнего кризиса не экономическая. Мы не можем оценить ни его ход, ни последствия. Все зависит от распространения пандемии и реакции властей.

Сценарий развития кризиса зависит от длительности карантина, от того, насколько открытой будет экономика, будет ли восстановлено производство. Мы имеем дело с кризисом, который до конца не предсказуем ни по времени, ни по своей глубине. Исходим из того, что нам известно на сегодня, а что мы будем знать завтра — это вопрос другой.

Надеюсь, нам удастся избежать самых плохих сценариев. Сейчас стали говорить о том, что это Великая депрессия, но есть оценка МВФ — глобальное падение производства будет около 6%. Прогноз для России — минус 5,5%. Это серьезный вызов. При этом МВФ планирует, что в 2021 году темпы роста по развитым странам, в России в среднем будут выше, чем даже в предыдущие годы. Поэтому я ожидаю достаточно быстрый «отскок». Но это только если не сбудутся предсказания о том, что вирус будем лечить два года. Тогда, конечно, ситуация может измениться в худшую сторону.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:  Последствия цифровизации для банков и перспективы рынка МФО — обзор банковских лонгридов

Когда наступает кризисная ситуация, банки первыми это чувствуют, как птицы перед землетрясением. Мы это чувствовали в 2008-м, 2014-м — гораздо раньше, чем другие отрасли. Но сейчас причина кризиса находится не в экономике и поэтому мы пока еще не испытываем большого негативного влияния. Не начались ни массовые увольнения, ни длительные задержки зарплат. Даже разговаривая с владельцами предприятий, которые сильнее всего пострадали, я слышу от них: «Мы еще месяц протянем как-то».

Но мы уже можем привести оценку кризиса к текущему моменту: принятый правительством комплекс мер — это и нулевые кредиты, и отсрочки по выплатам кредитов — может стоить банковскому сектору порядка 400 млрд руб. ($5,4 млрд – ред.). Это посильная ноша для банков с учетом того, что чистая прибыль банковского сектора прошлого года была 1,7 трлн руб. ($23 млрд – ред.). Но мы понимаем, что главный риск — кредитный. На отрасли, которые уже признали пострадавшими, российский банковский сектор выдал 3 трлн руб. ($40,6 млрд – ред.) и еще 1,5 трлн руб. ($20,3 млрд – ред.) на лизинговые компании в сфере повышенного риска, например авиатехника, вагонный парк и так далее. Поэтому, когда эти предприятия не смогут оплачивать в срок кредиты, удар будет серьезным. Мы это все понимаем. Самая пессимистичная оценка — банковский сектор России может потерять 2,5 трлн руб. ($33,8 млрд – ред.). Это сильный удар. Но я все-таки надеюсь на более благоприятный исход и что мы сумеем справиться. Это будет зависеть от того, насколько быстро восстановится производство, и в том числе в тех секторах, которые сегодня находятся под особым давлением.

Я пока не считаю, что нас обязательно ждет кризис банковского сектора. Но хотел бы напомнить, что с 2014 года финансовые власти, прежде всего Центральный банк и АСВ, потратили 6 трлн руб. ($81,2 млрд – ред.), или примерно 6% ВВП, на стабилизацию и санацию банковского сектора.

И я, и мои коллеги, в том числе из Сбербанка, говорим о том, что нельзя сегодня пытаться решить проблемы других областей экономики за счет банков. Потому что тогда придется на каком-то этапе лечить сами банки, а это может стоить дороже, чем те вливания, которые будут в другие отрасли экономики.

Когда болеют банки — они перестают кредитовать, значит останавливается экономический рост. Поэтому надо осторожно относиться к банкам. Они сегодня не оказались в череде первых, кто попал под удар, в отличие, от 2008-го или 2014 года. И есть все шансы при государственной поддержке ключевых отраслей, граждан, занятости и так далее не довести до того, чтобы нам пришлось спасать костяк банковского сектора. Какие-то потери неминуемо будут, но Центробанк каждый год отзывает лицензии у десятков банков, и это относительно незаметно для банковской системы».

Олег Гороховский, Monobank: «Сегодняшний кризис – это кризис доходности для банков»

Олег Гороховский
Олег Гороховский – сооснователь Monobank

Сооснователь Monobank Олег Гороховский в спецпроекте Liga.net:

«Главное отличие кризиса 2014 года и текущей ситуации в банковской сфере в том, что та ситуация сопровождалась кризисом ликвидности. Сегодняшний кризис – это кризис доходности для банков. Кризиса ликвидности пока нет, и не предвидится.

Банковская система была намного хуже готова к 2014 году, чем к 2020-му. Кроме того, клиенты не спешат снимать деньги со счетов и панически менять их на валюту. Наоборот, мы видим рекордные цифры по росту остатков на счетах и депозитах. У нас сокращается кредитный портфель. Если вдуматься, это, в принципе, логично. Клиенты существенно снизили потребление. Остались в основном траты в продуктовом сегменте, аптеках и немного и немного бытовой техники. Значительно вырос онлайн и сервисы доставки.

Чем точно запомнится этот кризис, это тем, как бизнесы, предприниматели и обычные люди посмотрели на социальную ответственность. Дух захватывает от того количества инициатив и помощи, которую оказывают бизнесмены и люди. Это прекрасный побочный эффект пандемии!

Похоже на то, что не будет резкого завершения карантина – скорей ряд плавных послаблений. И то не скоро. Могу сказать, чего больше всего не хватает на карантине – людей. Очень истосковался по общению с людьми – с коллегами, с партнерами, с друзьями».

Михаил Задорнов, «Открытие»: «Запросы МСБ на кредитование упали втрое»

Михаил Задорнов
Михаил Задорнов – глава правления банка «Открытие»

Глава правления банка «Открытие» в интервью YouTube-каналу «Русские норм!»:

«Это не экономический кризис. Все мы ждали, что десятилетие активного роста фондовых рынков вот-вот закончится. Предполагали что в IV квартале 2020 года будет резкий спад на фондовых рынках с падением цен на сырье и ощутимым влиянием на Россию. Но в январе-феврале 2020 года мы начали думать, что это вряд ли случится – все двигалось хорошо, у нас был очень хороший I квартал. Так что кризис во многом не экономический. Вирус сделал его непредсказуемым по срокам и сложно просчитываемым с точки зрения влияния.

Мы исходим из того, что с июня экономика начнет потихоньку восстанавливаться. Какие-то отрасли быстрее, какие-то медленнее. Два месяца неработающей экономики в Европе – это примерно 10% падения ВВП во II квартале. В России, возможно, падение будет несколько меньшим.

Мы выделили 7 сегментов, которым тяжело и для которых ввели кредитные каникулы и другие меры. В этом году мы потеряем полностью процентный доход, тело долга. Фактически этот доход переносим с 2020 года на 2022-2023 годы. Новых кредитов очень мало. Запросы МСБ на кредитование упали раза в три.

Верю, что кризис будет иметь V-образную форму, только восстановление не будет таким быстрым, как падение. Просто потому что восстановление логистических цепочек, перестройка бизнес-моделей, вывод людей на работу – все это потребует времени.

Отложенный спрос даст более высокие темпы роста экономики в 2021 году. Кроме этого, ситуация изменится для целого ряда экономических сфер. Поменяются форматы офисных пространств. Торговые центры тоже начнут отмирать. Будем ли мы потреблять столько же энергии через год-два? Модели потребления во многих отраслях поменяются кардинально, и к этому нужно готовиться уже сейчас».

Александр Писарук, Райффайзен банк Аваль: «Кризис значительно ускорил переход как банков, так и клиентов в онлайн»

Александр Писарук
Александр Писарук – председатель правления Райффайзен банк Аваль

Председатель правления Райффайзен банка Аваль Александр Писарук в спецпроекте Liga.net:

«Самая большая сложность для нас на сегодня состоит не в дистанционной работе, а в том, что мы не знаем, когда закончится этот кризис и какими будут его экономические последствия. Безусловно, после кризиса 2008-09 годов мир имел едва ли не самый длинный период непрерывного роста. Большинство экономистов понимало: когда-то росту наступит конец и мы получим новую рецессию. Но никто не мог предвидеть, что ее может вызвать пандемия одной болезни.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:  «Цифра» - сервис цифровой бухгалтерии для предпринимателей от ВТБ (дополнено)

Это кардинально меняет ситуацию: в отличие от 2008 года, когда из-за финансовой подоплеки кризиса ее последствия можно было «залить» деньгами, источник нынешней ситуации совсем другой. Самый страшный сценарий, который я сейчас могу представить, – вторая волна пандемии, например, осенью. Вероятно, в таком случае последствия для мировой экономики будут впечатляющими.

Но я считаю, что это не предмет прогнозирования: когда мы сможем вернуться к привычной жизни – сказать крайне сложно. Думаю, этот процесс точно будет постепенным.

Что это означает для нас, как банка? Во-первых, мы будем работать дистанционно еще какое-то время. Во-вторых, прибыльность не будет такой же высокой, как в прошлом году. В-третьих, кризис значительно ускорил переход как банков, так и клиентов в онлайн – по-моему, это однозначный позитив: роль дистанционных каналов станет более значительной, отделений – наоборот. В-четвертых, в такие моменты люди предпочитают сохранять деньги, а не брать кредиты. Потому такие вещи, как ипотека, потребительское кредитование – не думаю, что мы будем много говорить об этом в 2020 году.

Так что теперь наша главная задача – максимально быстро адаптироваться, ведь мир изменился. И когда мы вернемся в офис, банковский бизнес уже будет несколько иным».

Герман Греф, Сбербанк: «Бизнесу нужно переходить в онлайн»

Герман Греф
Герман Греф – президент и председатель правления Сбербанка (Россия)

Президент и председатель правления Сбербанка Герман Греф в интервью для проектов Rambler Group:

«Этот кризис — не банковский, он начинается с пандемии, продолжается на экономике и заканчивается банками. Да, банки будут ощущать на себе очень сложные последствия, но они будут третьими в этой цепочке. Это период времени, когда нужно помогать людям, в первую очередь — малым и средним компаниям.

На мой взгляд, кризис не будет V-образным, то есть не будет резкого падения вниз и быстрого отскока. По-моему, он не будет и U-образным, с каким-то временем внизу и быстрым отскоком. Как оно будет, не знает никто, но вполне возможно, что этот кризис будет длинным.

Допустим, предприниматель понимает, что его ресторан не откроется в течение ближайшего года, а не просидит до 1 мая, продержит сотрудников и откроется как раньше.

Если ты понимаешь, что твой ресторан, скорее всего, быстро не откроется, тебе нужно переходить в онлайн и перестроить работу. Кухня может работать в таких условиях, а есть в масках невозможно, такого не придумали. Это означает, что, может быть, нужно перейти на концепцию теневой кухни — когда ты готовишь в ресторане еду и доставляешь её своим клиентам.

Массажный салон не может делать массаж бесконтактно. И если пандемия надолго, то, наверное, нужно менять бизнес-модель, переучивать своих сотрудников, добираться до постоянных клиентов и, может быть, в онлайне учить человека делать массаж лица самостоятельно. Переход в онлайн требует очень детального осмысления и перестройки бизнес-модели.

Сбербанк проводит стресс-тест и определяет самые пострадавшие отрасли. Мы определили 11 ключевых отраслей, для которых банк разработал «стратегию помощи».

Мы описали условия и порядок обращения для реструктуризации кредитных договоров, и последние три недели идёт огромная работа.

К программе поддержки бизнеса подключены программы, принятые государством. Это кредит под 0% на выплату зарплат, снижение единого социального налога, отсрочки по выплате налогов, отсрочки по арендным платежам и реструктуризация по кредитам, которая начала работать с сегодняшнего дня.

Мы реструктурировали 80% процентов всех кредитов, которые подлежат реструктуризации в российском банковском секторе. Наши клиенты, которые попали под программу правительства, автоматически получили извещения о доступности тех или иных программ.

На сегодня более 26 тысяч компаний и 21 тысячи ИП получили одобренный лимит на кредитование. Более 8 тысяч из них воспользовались этой поддержкой».

Евгений Мецгер, Укрэксимбанк: «Пандемия дала нам то ускорение, которого в спокойные времена могло и не случиться»

Евгений Мецгер
Евгений Мецгер – глава Укрэксимбанка

Глава Укрэксимбанка Евгений Мецгер в интервью «Украинскому капиталу»:

«По поводу пандемии – с одной стороны, конечно же, количество платежей, операций клиентов существенно сократилось, объемы комиссионных доходов тоже.

Но с другой стороны – это дало возможность реализовать в банке некоторые решения так быстро, как этого не происходило никогда. Люди объединились. И мы, находясь в действительно не самом технологичном банке, уже сделали определенный прорыв – запустили некоторые функции в мобильном приложении, которые годами проходили согласование, ввели дистанционное обслуживание. Перевели на удаленный доступ более половины сотрудников. Причем решили все эти вопросы в течение нескольких дней.

То есть пандемия дала нам то ускорение, которого в спокойные времена могло и не случиться. Поэтому я думаю, что мы сейчас довольно оперативно перезагрузимся и начнем поддавливать банки-конкуренты, начнем дышать им в спину по части технологичности. Так что в принципе таким вот кризисным событиям я в какой-то степени даже благодарен. Это как вброс адреналина в кровь».

Кирилл Шевченко, Укргазбанк: «Банки готовы в кризису»

Кирилл Шевченко
Кирилл Шевченко – глава правления Укргазбанка

Глава правления Укргазбанка в интервью business.ua: «Сейчас [украинская] банковская система имеет даже избыточную ликвидность. Потому именно со стороны банков я не жду каких-либо неприятных сюрпризов. Отечественные банки способны выдержать кризисные явления. Укргазбанк – так точно».

Евгений Коган, банк Уралсиб: «Во втором полугодии должно начаться восстановление»

Евгений Коган
Евгений Коган – глава Наблюдательного совета банка Уралсиб

Глава Наблюдательного совета банка Уралсиб Евгений Коган в интервью РБК:

«Я считаю, что во втором полугодии у нас должно начаться восстановление. Мы всерьез не рассматриваем ситуацию, когда режим самоизоляции продлится до года и люди не смогут физически тратить деньги, работать или покупать какие-то вещи. Не вижу большого риска в том, что некого будет кредитовать, в том, что люди не будут брать кредиты или компаниям не понадобятся заемные средства».

Читайте также обновляемые материалы SME Banking Club о том, как пандемия влияет на работу банков СНГ и Кавказа с МСБ, и какие нефинансовые сервисы против пандемии предлагают банки.

Оставить комментарий
Читайте новости SME Banking Club в Telegram, Facebook или по email.